Writing
Ну нету,нету никаких подвохов.
Говорят,что мир на самом деле прозрачен. Дада,а ещё без запахов и ветров.
Само вечное равновесие из пустоты.
И все эти ненасытные души, вечно блуждающие и незавершённые. Такие красивые и сложные. Готовые покинуть тело при каждом приливе счастья. Ставшие неуловимыми героями Достоевского и пристанищем страстей, а следовательно и грехов. Вмещающие весь мир и неощутимые как жизнь.
Так притягивающие любовь и жестокость, дружбу и предательство, лелеющие их как мать одиночка, принимающая и оправдывающая каждого своего ребёнка в надежде что когда -нибудь…
Никаких за или против, никаких исков, судов присяжных и обвинителей, когда ты один на трибуне в бессмысленном поиске книги для клятвы, засасываемый болотом собственного ада.
Где не будет ни «самого единственного» Его, поменявшего много лиц, ни Меня, ни Близких, ни Их,ни Её. И вопрос будет только в том,осмелишься ли ты-признать свою вину- на едине с собой.
Говорят,что мир на самом деле прозрачен. Дада,а ещё без запахов и ветров.
Само вечное равновесие из пустоты.
И все эти ненасытные души, вечно блуждающие и незавершённые. Такие красивые и сложные. Готовые покинуть тело при каждом приливе счастья. Ставшие неуловимыми героями Достоевского и пристанищем страстей, а следовательно и грехов. Вмещающие весь мир и неощутимые как жизнь.
Так притягивающие любовь и жестокость, дружбу и предательство, лелеющие их как мать одиночка, принимающая и оправдывающая каждого своего ребёнка в надежде что когда -нибудь…
Никаких за или против, никаких исков, судов присяжных и обвинителей, когда ты один на трибуне в бессмысленном поиске книги для клятвы, засасываемый болотом собственного ада.
Где не будет ни «самого единственного» Его, поменявшего много лиц, ни Меня, ни Близких, ни Их,ни Её. И вопрос будет только в том,осмелишься ли ты-признать свою вину- на едине с собой.

0 Comments:
Post a Comment
<< Home